Университет должен отвечать за то, какими врачами стали его выпускники

Кардиолог, доктор медицинских наук, профессор, действительный член Американского колледжа кардиологов Талантбек Батыралиев в эксклюзивном интервью VB.KG поднял очень актуальные, можно даже сказать, чувствительные сегодня темы - о реформе медицинских кафедр, государственной ответственности, академическом лидерстве, науке, финансировании и необходимости пересмотреть привычные критерии эффективности медицинских университетов.

Профессор, учебные часы есть, а где результат? Давайте откровенно: десятилетиями университеты отчитываются количеством проведённых занятий, учебных часов, публикаций, диссертаций и повышением квалификации преподавателей. Но насколько всё это действительно отражается на качестве подготовки будущих врачей? Не получилось ли так, что мы научились хорошо отчитываться об образовании, но не всегда научились давать качественное образование?

- Вы затронули одну из принципиальных проблем современного медицинского образования. Я не собираюсь отрицать значение учебной нагрузки, научных публикаций, диссертаций и других академических показателей. Всё это необходимо. Но возникает закономерный вопрос: являются ли они конечной целью деятельности медицинской кафедры или всего лишь инструментами достижения более серьёзных результатов? Можно полностью выполнить учебную нагрузку, но не сформировать у выпускника необходимого клинического мышления. Можно опубликовать несколько научных статей, но не получить результатов, которые когда-либо изменят медицинскую практику. Можно защитить диссертацию, но так и не создать научную школу.

Здесь я позволю себе вспомнить известное изречение Антона Чехова: "В человеке всё должно быть прекрасно". В нашем случае я бы добавил: в медицинском университете прекрасны должны быть не только отчёты, но и знания выпускников, научные результаты и качество подготовки врачей. Иногда создаётся впечатление, что мы оцениваем работу кафедры по тому, насколько хорошо она заполняет таблицы, а не по тому, насколько хорошо она готовит врача. Ведь диплом врача - это не грамота за посещение занятий. Это ответственность перед человеческой жизнью.

Талантбек Абдуллаевич, необходима ли новая модель управления кафедрами? Вы фактически предлагаете изменить сложившуюся систему управления медицинскими кафедрами. Не слишком ли радикально? Ведь существующая модель формировалась десятилетиями, имеет свои нормативы, штатные расписания, учебные планы и систему отчётности. Что конкретно в ней перестало отвечать современным требованиям?

- Я бы не стал говорить, что всё существующее необходимо разрушить. Напротив, нужно сохранить то, что доказало свою эффективность, и одновременно избавиться от управленческих механизмов, которые перестали обеспечивать развитие. Медицинский университет сегодня выполняет три взаимосвязанные миссии:

Образование - подготовка компетентных врачей и медицинских специалистов.

Наука - создание новых знаний, развитие научных школ и подготовка исследователей.

Клиническая деятельность - связь образовательного и научного процесса с реальными потребностями пациентов и здравоохранения.

В международной практике такой подход известен как Mission-Based Management - управление на основе миссий. Его принципиальное отличие заключается в том, что кафедру оценивают не только по выполнению административных нормативов, но и по её реальному вкладу в достижение стратегических целей университета. Здесь уместно вспомнить Питера Друкера, одного из классиков менеджмента: "Нельзя управлять тем, что нельзя измерить".

Однако я бы добавил: нельзя и слепо измерять всё подряд, не понимая, что именно мы измеряем. Поэтому нам нужна новая управленческая культура: от контроля процесса - к ответственности за результат.

Почему кафедры анатомии и кардиологии должны оцениваться по-разному? Вы утверждаете, что не все медицинские кафедры должны работать по одинаковой модели. Но разве единые требования не являются основой академической дисциплины? Не приведёт ли дифференцированный подход к тому, что одни кафедры получат преимущества, а другие окажутся в менее выгодном положении? Кто будет определять, какая кафедра эффективнее?

- Единые стандарты качества обязательны для всех. Но единые стандарты вовсе не означают, что все кафедры должны иметь одинаковые задачи, одинаковые приоритеты и одинаковые критерии оценки. Давайте посмотрим на практику. Кафедра анатомии формирует фундаментальные знания будущего врача. Кафедра семейной медицины готовит специалистов первичного звена, работающих непосредственно с населением. Кафедра кардиологии должна обеспечивать современную клиническую подготовку, развитие исследований сердечно-сосудистых заболеваний и внедрение новых методов диагностики и лечения.

Можно ли измерять их эффективность исключительно количеством учебных часов и публикаций? Очевидно, нет. Кафедра должна оцениваться с учётом её образовательной, научной и клинической миссии. Но здесь есть важное условие: дифференцированная оценка не должна превращаться в привилегии для отдельных руководителей или подразделений. Она должна основываться на прозрачных критериях и независимой экспертизе. Иначе мы рискуем получить не реформу, а очередную систему распределения преимуществ.

Государственные деньги, кафедры и персональная ответственность. Это, пожалуй, самый острый вопрос. В последние годы государственная поддержка высшего медицинского образования, науки и инновационных технологий существенно возрастает. Но общество вправе спросить: насколько эффективно расходуются эти средства? Кто контролирует финансирование кафедр, научных проектов, оборудования, лабораторий и подготовки научных кадров? Не получается ли, что университеты просят дополнительные деньги, но не всегда готовы отвечать за конкретные результаты?

- Государственная поддержка медицинского образования и науки - это стратегическая инвестиция в будущее страны. Но любая инвестиция предполагает ответственность. Я считаю, что сегодня необходимо пересмотреть саму философию бюджетного планирования в медицинских университетах. Нельзя бесконечно распределять средства исключительно по исторически сложившимся штатным расписаниям, учебной нагрузке и существующим расходам. Если государство выделяет средства на развитие науки, оно вправе ожидать научных результатов. Если финансирует модернизацию образовательного процесса, то вправе требовать повышения качества подготовки специалистов. Если инвестирует в клиническую инфраструктуру, вправе ожидать её реального использования.

При этом я не сторонник механического сокращения расходов. Напротив, необходимо финансировать перспективные направления, обеспечивать научную инфраструктуру, поддерживать молодых исследователей. Но каждый руководитель должен понимать: государственное финансирование - это не просто освоение бюджета. Это обязательство обеспечить общественно значимый результат. Есть хорошая управленческая ирония: иногда освоение бюджета становится главным достижением проекта, хотя первоначально деньги выделялись совсем не для этого. Именно поэтому необходимы прозрачность, независимый контроль и персональная ответственность.

Диссертации есть, научные школы где? Вы достаточно критично оцениваете существующие подходы к подготовке научных кадров. В Кыргызстане защищаются диссертации, присваиваются учёные степени, преподаватели получают научные звания. Но почему количество защит не всегда приводит к появлению сильных научных школ? Не превратилась ли иногда диссертация из инструмента развития науки в конечную цель самого исследователя?

- Это очень серьёзная проблема. Диссертация должна быть не финальной точкой научной деятельности, а началом самостоятельного исследовательского пути. Настоящая научная школа - это не количество дипломов на стене кабинета заведующего кафедрой. Это преемственность поколений, самостоятельные исследователи, оригинальные научные идеи, качественные публикации и результаты, которые могут быть применены в медицинской практике.

Нужно задавать совершенно другие вопросы. Соответствует ли тематика диссертаций актуальным проблемам здоровья населения? Способствуют ли исследования совершенствованию диагностики, лечения и профилактики заболеваний? Продолжается ли научная работа после защиты? Формируются ли молодые научные руководители? Если после защиты диссертации научная деятельность прекращается, возникает закономерный вопрос: что именно мы подготовили - исследователя или обладателя научной степени? Здесь уместно вспомнить мысль Альберта Эйнштейна о том, что ценность человека следует видеть в том, что он отдаёт, а не в том, что способен получить. В науке это особенно актуально: научная степень должна подтверждать компетентность, а не заменять её.

Но тем не менее отмечу по опыту великих держав и государств, что научная школа - это не пожизненная монополия одного человека на истину, а эстафета поколений. Хороший учёный воспитывает учеников, великий - международных учёных, а настоящий академический лидер не боится, что однажды ученик станет сильнее учителя. Иначе это уже не научная школа, а пожизненный кружок по интересам! Как говорил Аркадий Райкин, "школа должна расти вместе с учениками, а не стареть вместе с одним руководителем!"

Требуем публикации международного уровня, но кто финансирует исследования? Сегодня от преподавателей требуют публикаций в международных рецензируемых журналах, индексируемых в признанных научных базах. Но качественное исследование требует оборудования, статистической обработки, лабораторий, исследовательских групп и финансовых ресурсов. Получается парадокс: государство и университет требуют международного научного уровня, но отдельный преподаватель зачастую должен самостоятельно искать деньги даже на проведение исследования. Не является ли это несправедливой системой требований?

- Совершенно справедливое замечание. Нельзя требовать международной научной результативности, не создавая условий для проведения международных исследований. Но здесь я хотел бы уточнить: публикация сама по себе не должна становиться предметом финансирования. Финансировать необходимо качественный исследовательский проект с понятной научной проблемой, методологией, целями и ожидаемыми результатами. Я предлагаю рассмотреть создание внутренней конкурсной системы исследовательских грантов медицинских университетов. Такие гранты могли бы предоставляться кафедрам, молодым учёным и междисциплинарным исследовательским коллективам.

Особое внимание следует уделить исследованиям, которые имеют непосредственное значение для Кыргызстана: сердечно-сосудистые заболевания, профилактика неинфекционных заболеваний, первичная медико-санитарная помощь, цифровое здравоохранение, качество медицинского образования. При этом необходима независимая научная экспертиза, прозрачный конкурсный отбор и контроль использования средств. Я бы сформулировал принцип достаточно просто: не требовать от учёного результатов без ресурсов, но и не выделять ресурсы без обоснованных научных обязательств. А то получается своеобразная научная арифметика: денег на исследование нет, публикация нужна, а виноватым в итоге оказывается учёный.

Заведующий кафедрой - администратор или академический лидер? Вы предлагаете фактически изменить статус и функции заведующего кафедрой. Сегодня это зачастую человек, который распределяет учебную нагрузку, подписывает документы, решает кадровые вопросы и отвечает за выполнение планов. Вы же говорите об академическом лидерстве. Не слишком ли много обязанностей для одного руководителя? И главное - как определить, способен ли заведующий кафедрой быть настоящим лидером?

- Заведующий современной медицинской кафедрой должен быть не просто хорошим администратором. Он должен понимать стратегию развития своего подразделения и университета в целом. Его задача - формировать команду, определять научные приоритеты, развивать образовательные технологии, совершенствовать клиническую подготовку и обеспечивать профессиональный рост сотрудников. При этом совершенно необязательно, чтобы каждый преподаватель одинаково успешно занимался преподаванием, наукой и клинической практикой. У одного выраженные педагогические способности, у другого - исследовательский потенциал, третий обладает большим клиническим опытом. Руководитель должен уметь объединить эти компетенции. Это и есть академическое лидерство.

Я убеждён, что заведующий кафедрой должен отвечать не только на вопрос, сколько часов отработал коллектив, но и на гораздо более важный вопрос: что изменилось в качестве образования, науки и клинической подготовки благодаря работе этого коллектива. Иначе можно быть прекрасным распорядителем учебных часов, но совершенно не быть руководителем академического развития.

Повышение квалификации - формальность или реальное развитие преподавателя? В медицинских университетах регулярно проводятся курсы повышения квалификации, семинары, тренинги и различные образовательные мероприятия. Преподаватели получают сертификаты, отчёты оформляются, планы выполняются. Но меняется ли после этого качество преподавания? Не превратилась ли система повышения квалификации в своеобразную индустрию сертификатов?

- Я думаю, что в этом вопросе необходимо быть достаточно принципиальными. Повышение квалификации не должно измеряться количеством полученных сертификатов. Его результатом должно стать изменение профессиональных компетенций преподавателя. Если университет внедряет современные методы проблемно-ориентированного обучения, преподаватели должны владеть соответствующими технологиями. Если мы хотим развивать клиническое мышление студентов, необходимо обучать преподавателей современным методам клинического преподавания и оценки компетенций. Если университет развивает науку, преподаватели должны уметь работать с исследовательской методологией, статистикой и международными научными проектами.

Если внедряется искусственный интеллект, нужно понимать не только его возможности, но и ограничения, риски и профессиональную ответственность. Здесь есть один небольшой парадокс: преподаватель может иметь целую папку сертификатов о повышении квалификации, но студент после его лекции всё равно может нуждаться в дополнительном образовании. Поэтому развитие профессорско-преподавательского состава должно быть частью общей стратегии университета, а не формальным выполнением очередного плана.

Почему медицинским образованием должно стратегически управлять Министерство здравоохранения? Перейдём к наиболее принципиальному политическому аспекту вашей позиции. Вы выступаете за усиление роли Министерства здравоохранения в стратегическом и отраслевом управлении медицинским образованием, за государственную централизацию и единые требования ко всем организациям, независимо от формы собственности. Не означает ли это чрезмерную монополизацию и ограничение академической самостоятельности университетов? Почему медицинское образование должно регулироваться именно с позиции здравоохранения?

- Здесь я хотел бы разделить два понятия: академическую самостоятельность и государственную ответственность за качество подготовки медицинских специалистов. Академическая самостоятельность необходима. Университет должен иметь возможности развивать собственные научные направления, образовательные технологии и международное сотрудничество. Но подготовка врача - это не исключительно образовательный процесс. Это вопрос национальной безопасности, общественного здоровья и качества медицинской помощи. Государство не может оставаться в стороне от того, каким образом готовятся специалисты, которые завтра будут принимать решения о здоровье и жизни граждан.

Поэтому Министерство здравоохранения должно выполнять роль стратегического и отраслевого центра формирования единой политики медицинского образования, науки и инновационного развития. Особенно важно установить единые обязательные требования к учебным программам, профессорско-преподавательскому составу, клиническим базам, материально-техническому обеспечению и научной деятельности.

И здесь я занимаю принципиальную позицию: форма собственности образовательной организации не должна становиться основанием для снижения требований к качеству подготовки врача. Если государство предъявляет одинаковые требования к медицинской деятельности, то и подготовка медицинских кадров должна соответствовать единым профессиональным стандартам.

Что касается КГМА, то её особая государственная роль должна не только сохраняться, но и последовательно укрепляться. Академия под руководством ректора, профессора Индиры Кудайбергеновой и её команды достигла значимых результатов. Это хорошая основа для следующего этапа развития. Но особый статус - это не только признание исторических заслуг. Это прежде всего повышенная ответственность за национальную систему медицинского образования, науку и подготовку кадров. Я бы сказал так: монополизация в данном контексте не должна означать монополию на административные решения. Так и надо понимать и это требование времени. Она должна обеспечивать единство государственных требований к качеству медицинского образования.

С чего Кыргызстану следует начинать реформу? Вы говорите о масштабной трансформации управления медицинским образованием. Но Кыргызстан - страна с ограниченными финансовыми и кадровыми ресурсами. Не получится ли, что мы снова создадим красивую концепцию, проведём несколько совещаний, утвердим дорожную карту, а через год будем обсуждать те же проблемы? Какие конкретные шаги необходимо предпринять, чтобы реформа не осталась на бумаге?

- Я сторонник последовательных, но конкретных действий. Не нужно начинать с масштабной перестройки всех структур одновременно. Необходимо определить исходное состояние, оценить возможности и постепенно внедрять новую модель управления. Я вижу несколько первоочередных направлений.

Первое - институциональная оценка кафедр. Необходимо определить реальные образовательные, научные и клинические функции каждого подразделения, его кадровый потенциал, материальные ресурсы и достигнутые результаты.

Второе - разработка кафедральных программ развития. Каждая кафедра должна иметь собственные приоритеты, конкретные показатели и ожидаемые результаты, соответствующие стратегии университета.

Третье - изменение принципов финансирования. Необходимо постепенно переходить от финансирования преимущественно по исторически сложившимся расходам к более обоснованному распределению ресурсов с учётом стратегических задач.

Четвёртое - развитие научной инфраструктуры. Нужны внутренние исследовательские гранты, поддержка молодых учёных, развитие научных школ и международное сотрудничество.

Пятое - персональная ответственность руководителей. Ректор, проректоры, руководители структурных подразделений и заведующие кафедрами должны отвечать за результаты в пределах своих полномочий.

И, наконец, необходимо обеспечить единую государственную политику медицинского образования независимо от формы собственности образовательных организаций. Я не сторонник реформ ради самих реформ. Реформа должна быть измерима, а её результаты - понятны государству, профессиональному сообществу и обществу.

Как говорил Сенека: "Не потому мы не смеем, что трудно; трудно потому, что не смеем". Думаю, сегодня Кыргызстану необходимо не столько больше говорить о реформе медицинского образования, сколько набраться политической и управленческой воли для её последовательного осуществления.

Что вы считаете главным принципом будущей реформы? Если попросить вас сформулировать одну главную мысль, которую должны услышать руководство страны, Министерство здравоохранения, ректоры и руководители медицинских кафедр, что бы вы сказали?

- Я хотел бы, чтобы мы наконец перестали рассматривать медицинское образование, медицинскую науку и систему здравоохранения как три самостоятельных мира. Они должны быть единым государственным механизмом. Мы не должны допустить ситуации, когда медицинское образование существует отдельно от здравоохранения, медицинская наука - отдельно от клинической практики, а государственное финансирование - отдельно от персональной ответственности за результат. Наша задача - не просто подготовить выпускника и вручить ему диплом. Мы должны подготовить врача, который способен самостоятельно мыслить, принимать клинические решения, работать с современными технологиями и нести профессиональную ответственность.

Я убеждён, что Кыргызстан обладает достаточным академическим, кадровым и интеллектуальным потенциалом для такого перехода. Но необходимо честно признать: время формального выполнения учебных планов и административных показателей постепенно уходит. Сегодня государство должно оценивать не количество проведённых занятий, а качество подготовки специалистов; не количество диссертаций, а развитие науки; не объём освоенных средств, а общественно значимые результаты. И здесь я хотел бы закончить одной мыслью, которую считаю принципиальной: университет должен отвечать не только за то, сколько студентов он выпустил, но и за то, какими врачами они стали. В конце концов, пациенту совершенно неинтересно, сколько часов преподаватель провёл в аудитории и сколько сертификатов висит в кабинете заведующего кафедрой. Пациент хочет получить грамотную медицинскую помощь.

И, пожалуй, это самый объективный экзамен для всей системы медицинского образования.