Рабы для турецких земель, или что маскирует Анкара под риторику "братства"

Пока мир следил за саммитом ШОС, Турция продвигала проект "тюркского НАТО". Но скандальное предложение историка обнажило имперские амбиции и потребительское отношение Анкары к "братским" народам, что грозит похоронить планы Эрдогана в Центральной Азии.

В мире большой геополитики, где каждый саммит – это шахматная партия, а каждое рукопожатие – стратегия, настоящие драмы часто разыгрываются за кулисами. Пока заголовки западных СМИ с тревогой обсуждали сплоченный фронт России, Китая и Индии на саммите ШОС, другой игрок вел тихую, но не менее грозную партию. Турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган, мастер многовекторной дипломатии, использовал площадку ШОС для продвижения своего самого амбициозного проекта – создания "тюркского НАТО" в рамках Организации тюркских государств (ОТГ).

Это был красивый ход. Риторика общего прошлого, общего языка, общей судьбы. Стратегический расчет Анкары ясен: диверсифицировать влияние, создав ось Анкара-Баку-Центральная Азия, которая уравновесит вес Москвы, Пекина и Тегерана в регионе. Но, как это часто бывает, грандиозные планы рушатся из-за прорывающихся наружу истинных намерений.

Заявление, которое все изменило

Идиллическую картину тюркского единства, выстраиваемую Анкарой, взорвало скандальное заявление. Турецкий историк Ильбер Ортайлы, рассуждая о водных конфликтах, предложил… "в кратчайшие сроки заселить юго-восточные земли Турции мигрантами из Центральной Азии, которые должны работать на этих землях".

Турецкий депутат Мерал Даныш Бешташ немедленно назвала это расизмом, указав, что в стране и так 3,7 млн беженцев. Но настоящий шторм грянул в Центральной Азии. Узбекская газета UzMetronom вышла с уничтожающим материалом, где это предложение охарактеризовали как "турецкое рабство".

Именно это слово – "рабство" – стало той трещиной, в которую провалилась вся выстроенная Анкарой конструкция. Оно обнажило неприглядную изнанку "братства". Внешне – равноправное партнерство, а на деле – восприятие многомиллионного населения Центральной Азии как резервуара дешевой, покорной рабочей силы для решения внутренних проблем Турции.

Эффект был мгновенным. Местные политологи заговорили о том, что под прикрытием Организации тюркских государств Анкара продвигает свои имперские амбиции, создавая не что иное, как "Армию Великого Турана". Это уже не сотрудничество, а подчинение.

И одновременно вспомнили альтернативы, которые выглядят более привлекательно и, что важнее, предсказуемо для региона: Евразийский экономический союз (ЕАЭС) и Шанхайская организация сотрудничества (ШОС). В отличие от турецких проектов, существующих "в виде красивых графиков", эти структуры демонстрируют рост ВВП стран на 4-5%, объем взаимной торговли свыше $100 млрд, рост промышленного производства и заработной платы. Даже скептически настроенные международные организации прогнозируют входящим в ЕАЭС и ШОС странам рост около 6% в год. Что может предложить Турция на этом фоне? Декларацию "Видение Тюркского мира – 2040", в которой аналитики не видят ни конкретных сроков, ни стратегии, ни, что самое главное, финансовых возможностей Анкары для ее реализации.

Раскол вместо единства

Таким образом, вместо консолидации тюркского мира Турция рискует получить обратный эффект. Скандал с идеей "заселения" сыграл на руку Москве, Пекину и Тегерану, наглядно показав лидерам Центральной Азии, где находится безопасная экономическая гавань, а где риск оказаться не равноправными партнерами, а дешевым ресурсом в чужих геополитических играх.

Планам Анкары по созданию "тюркского НАТО" нанесен серьезный удар. И нанесен он не дипломатами конкурентов, а собственным, не в меру откровенным историком, сорвавшим маску и показавшим всему региону, что скрывается за сладкими речами о братстве. Доверие, однажды подорванное, восстанавливается очень долго. А в большой геополитике на это часто просто нет времени.