А ты готов укреплять вертикаль власти?

Отставка правительства и укрепление института президентства в России - полезный опыт для Кыргызстана в нынешних политических реалиях. "Вечерка" разбиралась, почему.

Это не транзит

15 января Владимир Путин зачитал свое послание Федеральному собранию, анонсировав поправки в Конституцию РФ. В тот же день стало известно, что российское правительство во главе с премьер–министром Дмитрием Медведевым уходит в отставку.

Российская политическая сенсация вызвала массу дискуссий в экспертной среде. Часть аналитиков пришла к выводу, что Путин готовится (причем экстренно) перейти к транзиту власти по назарбаевской схеме. То есть посадить в кресло президента послушного преемника, а самому занять позицию лидера нации, фактически управляющего страной.

В пользу этой точки зрения говорили и поправки в Основной закон, предложенные российским президентом. Они выглядели, на первый взгляд, как намерение ограничить президентскую власть и создать "запасной аэродром" в виде Госсовета для действующего президента РФ. Но, как выясняется, все гораздо сложнее.

В своем послании к Федеральному собранию Владимир Путин действительно озвучил намерение внести ряд "фундаментальных" изменений в Конституцию, существенно меняющих баланс исполнительной, законодательной и судебной власти. Российский лидер заявил, что собирается расширить полномочия Государственной думы, дав ей права утверждать кандидатуру председателя правительства и состав кабинета министров, укрепить полномочия Совета Федерации по назначению силовых министров.

Это выступление отдельные эксперты расценили как анонс: Россия переходит к чистому парламентаризму, когда власть президента будет сильно урезана. Вывод, надо отметить, несколько поспешный, учитывая, что только в первые две недели нового года Владимир Путин в своих выступлениях несколько раз подчеркивал, что РФ не должна стать парламентской республикой ни в коем случае.

То, что о переходе на парламентский формат правления речи не идет, стало понятно, когда обнародовали предложенный президентом законопроект "О поправке в Конституцию". При внимательном прочтении которого можно легко обнаружить, что Госдума и Совет федерации никаких особых прав и полномочий не получат. Пожалуй, даже наоборот, в чем–то потеряют. Зато позиция действующего президента (и его преемника) заметно усиливается.

Российскому парламенту президент разрешил утверждать членов правительства. Однако прерогативу подбирать премьер–министра и членов кабмина, возможность снимать их с постов, а также право распускать Государственную думу глава России оставил за собой.

Более того, изменения в Конституцию дают президенту дополнительный механизм влияния на депутатов: решения парламента можно будет фильтровать через Конституционный суд (КС РФ). При этом российский лидер также получает право инициировать увольнение самих судей КС.

Курс на укрепление президентских полномочий Путин взял в сложный для себя, как для политика, момент. В прошлом году он оказался в непривычной ситуации. Его рейтинг после пенсионной реформы просел, затем и вовсе рухнул - до минимума за последние 13 лет.

Это при том что еще два года назад россияне демонстрировали невероятно высокий уровень доверия своему лидеру. Тогда на Путина работали такие факторы всеобщего воодушевления, как Крым, Олимпиада, чемпионат мира по футболу. Однако позже в повестке закрепился затянувшийся конфликт с Украиной, ужесточение санкций, не всеми одобряемая военная кампания в Сирии. И, самое главное, ошибки в проведении внутренней социально–экономической политики.

Нынешняя экскапада Путина, очевидно, свидетельствует о том, что российский президент почувствовал, насколько выросло напряжение в обществе, и решил действовать радикально. Он предложил целый пакет социальных мер, чтобы смягчить народное недовольство, а также собрал новое российское правительство, которое, как на подбор, состоит из министров–технократов. Позитивные ожидания по поводу нового кабмина имеются как у профессионального сообщества, которое связывает с ним большие надежды на возобновление экономического роста, так и у простых людей.

К слову, сегодня активно обсуждается вопрос о том, каково будущее теперь уже бывшего российского премьера Дмитрия Медведева. О финале его политической карьеры говорить, наверное, рано. Экс–премьер–министр был и остается путинским кадром, который, помимо прочего, имеет достаточно ощутимый политический вес. Кроме того, он показал очень ценное для политика качество - способность вопреки всему проводить крайне непопулярные реформы. Если Путин возглавит Госсовет, у Медведева появится новая возможность занять президентский пост. Хотя это уже напоминает скорее анекдот.

Нам очень по–плечу российский тренд

Перемены в структуре власти, случившиеся в РФ, становятся актуальными и для Кыргызстана. Мы ведь подходящую форму правления ищем со дня обретения независимости. Поэтому опыт России в этом отношении может быть полезен. Тем более что и проблемы–то у правящих кругов обеих стран похожие, разница лишь в масштабе.

Либеральная прослойка отечественного истеблишмента уверена, что все мы наконец заживем, стоит только вручить обширный пакет властных полномочий депутатам Жогорку Кенеша. Эту светлую идею так или иначе продвигают представители финансируемых зарубежными странами неправительственных организаций, а также некоторые прозападные политики и общественные деятели. Как тут не вспомнить откровения Омурбека Текебаева, предлагавшего президенту Сооронбаю Жээнбекову продемонстрировать обществу "реальность своих бескорыстных намерений путем снижения избирательного порога и введения преференциального голосования".

На практике уже сегодня понятно, что внедрение даже парламентско–президентского формата управления, чем так гордился Алмазбек Атамбаев, было ошибочным. Большей частью потому, что Кыргызстан, как и другие страны постсоветского пространства, просто не дорос до таких политических трансформаций. У нас слишком низкий уровень политической и партийной культуры, а сам Жогорку Кенеш - это просто лобное место для разборок между кланами, персональных склок и даже драк. При таком раскладе следовать "добрым" советам папы Теке было бы недальновидно и нецелесообразно.

Во–первых, политическая структура КР слишком молодая, во–вторых, парламентская форма правления, которая применяется широко в Европе, сегодня дает сбои. Парламентаризм переживает кризисную ситуацию. Сегодня многие думают о том, как оживить и сделать эту систему более эффективной. Эксперименты с парламентаризмом на постсоветском пространстве, как, например, в Армении, показывают, что все хорошо только на словах. На деле же выходит, что депутаты, опьяненные полнотою власти, начинают грызться между собой и еще больше разваливают страну.

В целом текущая политическая ситуация такова, что для эффективного управления нам требуется твердая рука, как и в России.

В прошлом году в Кыргызстане едва ли не каждую неделю проходили какие–либо акции протеста. Собственно, и 2020–й начался с того же: на Иссык–Куле уже успели помитинговать сторонники Садыра Жапарова, осужденного по статье "Захват заложника" в 2013 году.

Несомненно, некоторая часть протестных акций была оправдана, и их организаторы и правда ставили перед собой целью привлечь внимание властей и конкретно президента к какой–то важной проблеме.

Впрочем, немало подобных мероприятий организовывалось по иным причинам. Во–первых, для того, чтобы тестировать способы сбора людей на протесты посредством новых коммуникаций. И это, если вспомнить, как проходили Re–акции, уже отработанный механизм. Во–вторых, митинги и всевозможные общественно–политические скандалы вне зависимости от повода позволяют держать на себе фокус внимания власти, отвлекая того же президента от реально важных государственных дел.

К примеру, Сооронбай Жээнбеков зачем–то должен был комментировать абсурдный скандал с феминистской выставкой. Причем позицию главы государства по этому вопросу долго обсуждали и даже высмеивали. Хотя, согласитесь, учитывая все наши реалии, не очень–то и важно, понимает ли глава государства, что обнаженка на феминнале - это не пошлость, а манифест за права женщин.

Другая "отвлекалочка", перешедшая с нами в новый год, - требования активистов и отдельных журналистов "отреагировать на расследование "Азаттыка", связавшее бывшего зампредседателя Государственной таможенной службы Райымбека Матраимова и уйгурский клан, который якобы отмывает через Кыргызстан деньги.

Разумеется, коррупция в системе государства - это не новость, слияние криминала и государственных структур, контрабанда и вывод черного нала за границу начались не вчера. И, наверное, если хорошо поискать, то можно найти доказательства причастности многих бывших и ныне действующих кыргызских чиновников к подобным делам. Однако все–таки этим должны заниматься компетентные органы, а не журналисты.

Кроме того, масштабность информационной кампании, развернутой западными СМИ против Райымбека Матраимова, заставляет сомневаться в непредвзятости действий журналистов, изданий и НПО их поддерживающих. Возникает устойчивое ощущение, что в этой истории речь уже не о борьбе с коррупцией, а о продвижении интересов пресловутых внешних сил, которым уже год как выгодно раздувать конфликт между властью и народом именно в этой точке.

В нынешних обстоятельствах в Кыргызстане усиление президентских полномочий было бы не самым плохим решением. Вся история независимости нашей республики - это поиск адекватного формата власти. Были акаевские, бакиевские и атамбаевские инициативы. Теперь же нам пытаются "скормить" текебаевские придумки на этот счет. Хотя, если разобраться, что бы ни придумывали наши политики, все равно получается, что, кроме президентского правления в КР, ничего не срабатывает.

Автор: Анвар Ажиев


Сообщи свою новость:     Telegram    Whatsapp

НАВЕРХ  
НАЗАД